Если бы этого менестреля звали не Виктор Цой, а, скажем, Вася Иванов, а лицом бы он был не азиат, а русак русаком, то все те же выкрики под простенькие аккорды воспринимались бы должным образом — как пафосная бессмыслица в экзальтированной веществами атмосфере.